Дата 22 июня 1941 года стала переломной в жизни советских людей — в этот день началась Великая Отечественная война. У советского народа она вызвала огромный патриотический подъём, с особой силой отразившись во всех видах искусства. Салют Победы не поставил точку в военной драме. Чудовищное лицо войны ещё долгие годы оставалось в памяти народа… «Вставай, страна огромная». Буквально через несколько часов после объявления войны родилась песня «Священная война». Она словно «вступила» в ряды Советской армии — так велика оказалась её сила. Точные, полные глубокого смысла слова и простые музыкальные интонации выражали гнев народа и его решимость вести бой до конца. Казалось, что так думают и чувствуют все. Песня «Священная война» сразу стала общенародной. Сегодня её называют главной песней Великой Отечественной войны.

Василий Тёркин, герой одноимённой поэмы Александра Трифоновича Твардовского (1910–1971), стал олицетворением рядового солдата, труженика войны. В главах из поэмы «без начала, без конца», публикуемых на страницах армейской газеты, перед нами предстаёт русский мужик с хитрецой и смекалкой, мужеством и терпением, не рвущийся в герои, но готовый совершить любой подвиг. Отдельные эпизоды повествования были связаны между собой только главным героем, поскольку по задумке автора являлись полноценными произведениями, ведь в любой момент автор или читатель могли погибнуть.

Стихи Константина Михайловича Симонова (при рождении Кирилл) (1915–1979) стали ещё одним символом войны. В его стихах мужество и героизм сливались с любовью и нежностью. Стихотворение «Жди меня», написанное в суровые дни августа 1941 г., даже не предполагалось к публикации, однако именно оно стало олицетворением отношения к женщине, ждущей солдата дома. После войны Симонов создал ещё множество произведений, которые увековечили подвиг народа.

Ольга Фёдоровна Берггольц (1910–1975) трудилась в блокадном Ленинграде, где создала свои лучшие произведения — «Февральский дневник» и «Ленинградскую поэму», посвящённые самым суровым временам.

Писатели и поэты отправлялись на фронт в качестве фронтовых корреспондентов. Их сообщения с мест боёв, фашистских преступлений и героических подвигов советских воинов читали миллионы солдат в окопах. Детский писатель Аркадий Гайдар как корреспондент газеты «Комсомольская правда» оказался в окружении и погиб в составе партизанского отряда осенью 1941 г. Писатель Евгений Петров, который создал в соавторстве с Ильёй Ильфом произведения «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок», погиб в 1942 г. в авиакатастрофе в прифронтовой полосе, возвращаясь из осаждённого Севастополя.

В театрах, цирках, музыкальных коллективах создавали специальные бригады, которые выезжали на фронт. Всего за годы войны во фронтовой полосе было дано около 500 тыс. концертов. Очень популярными были песни «Тёмная ночь», «В землянке», «В лесу прифронтовом», «Катюша». Исполнительницу «Синего платочка» Клавдию Ивановну Шульженко (1906–1984) солдаты буквально носили на руках. Лидия Андреевна Русланова (1900–1973), Леонид Осипович Утёсов (1895–1982) и даже вернувшийся из эмиграции А. Н. Вертинский пели перед воинами.

Помимо людей, оборудования и ценного имущества, в эвакуации оказались и произведения искусства. Уже в первые дни войны коллекции Эрмитажа и Московского Кремля были отправлены в Свердловск, Русского музея — в Пермь, Артиллерийского музея и Третьяковской галереи — в Новосибирск, Севастопольской картинной галереи — в Батуми. Эвакуировались и театры. Так, Большой театр отправился в Куйбышев, Мариинский — в Пермь.

Театры продолжали работать и ставили новые пьесы: «Русские люди» и «Жди меня» К. Симонова, «Фронт» Б. Корнейчука, «Нашествие» Л. Леонова. Специальные отряды, которые занимались поиском и захоронением советских воинов, нашли в кармане погибшего пилота билеты в Большой театр. Знаменательным событием стало исполнение в Кустанае (сейчас Костанай) Седьмой (Ленинградской) симфонии Дмитрия Дмитриевича Шостаковича (1906–1975), который начал работу над ней в блокадном городе, а закончил уже в эвакуации.

Голос диктора всесоюзного радио Юрия Борисовича Левитана (1914–1983) поистине стал голосом войны. Он сообщал обо всех крупнейших событиях военного периода, о начале войны и о Победе.

Несмотря на все предпринятые усилия по спасению культурных ценностей, потери оказались высоки. Советский Союз лишился более 3 тыс. архитектурных объектов, были разграблены или частично уничтожены почти 500 музеев, более миллиона единиц хранения, более 4 тыс. библиотек.

При отступлении нацисты целенаправленно уничтожали дворцы Петергофа, Гатчины, Павловска, Ораниенбаума, Царского Села. Уничтожались не только дворцы, но и фонтаны, скульптуры, парковые ансамбли. Нацисты осквернили могилу А. С. Пушкина, которая находится неподалёку от Пскова. В Новгороде был разобран и подготовлен к вывозу в Германию памятник «Тысячелетие России», только ворвавшиеся в город советские части не позволили этому случиться.

Наиболее известной из навсегда утраченных культурных ценностей страны стала Янтарная комната Екатерининского дворца-музея в городе Пушкин. Она представляла собой более сотни панно различных размеров, выполненных из янтаря, которые подарил Петру Первому прусский король, а также различные изделия из янтаря XVII–XVIII вв., выполненные русскими, прусскими и польскими мастерами. Ещё в 1941 г. коллекцию вывезли в рейх, где её следы и потерялись. Со временем было обнаружено несколько отдельных предметов, которые вернули в Россию.

Уже в первый день войны местоблюститель патриаршего престола митрополит Сергий обратился к православным с посланием, в котором призвал всех верующих к борьбе с фашистскими захватчиками и благословил их. На местах представители церкви развернули широкую благотворительную деятельность: помощь госпиталям, сбор средств, вещей и продуктов для раненых. На денежные пожертвования прихожан в 1944 г. была создана танковая колонна «Димитрий Донской» — 40 танков Т-34 были переданы в Красную Армию. Была также создана авиационная эскадрилья «Александр Невский». Средства собирали даже на оккупированной территории Псковской области, а затем с помощью партизан их передали через линию фронта. Не считая вещей и продуктов, за годы войны православная церковь собрала более 300 млн рублей на нужды фронта. Армяно-григорианская церковь собрала средства на организацию танковой колонны имени Давида Сасунского, мусульмане Уфы собирали деньги на строительство танков, баптисты приобрели транспортно-санитарный самолёт.


В 1943 г. официальная государственная политика по отношению к Русской православной церкви резко изменилась. Вернулась единая структура и подчинённость патриарху, а не местным органам власти. Сталин провёл личную встречу с оставшимися на свободе митрополитами, на которой было решено провести церковный собор. На соборе выбрали патриарха — им стал Сергий, в миру И. Н. Страгородский (1867–1944). Был организован специальный Совет по делам Русской православной церкви, который курировал отношения между церковью и государством. Так, без согласования Совета местные власти не могли закрыть ни одного церковного прихода. Были открыты богословские школы, позже ставшие семинариями и академиями. Храмы, открытые на оккупированной территории, продолжали действовать и после её освобождения. К концу войны на территории страны функционировало более 10 тыс. церковных приходов и более сотни монастырей.

Более 6,5 тыс. церквей было открыто на оккупированной немцами территории. Помимо православных храмов, открывались католические костёлы и протестантские кирхи, а на территории Крыма и Кавказа — новые мечети. Оккупанты делали это целенаправленно, чтобы заменить школьное образование церковным, а также поддерживали религиозные общины, выступавшие против советской власти. Все эти меры были призваны ослабить сопротивление оккупантам и разобщить советский народ. Однако это вызвало обратный эффект: нацисты получили лидеров сопротивления в лице многих священников, а население отчётливее увидело истинное лицо оккупантов.